Головна / Статті / Історія / “Джеймс Бонд”, “некоронованный король”, “мастер партизанской войны”, герой Англии

“Джеймс Бонд”, “некоронованный король”, “мастер партизанской войны”, герой Англии

Весной 1918 года, когда кровавая мясорубка Первой мировой войны уже начала приостанавливаться, в Англии появился американский журналист Лоувелл Томас. Он только что вернулся с Ближнего Востока и привез с собой образ нового героя войны. Лоувелл Томас выступал в Лондоне с лекциями, где рассказывал об удивительном человеке — некоем Томасе Эдварде Лоуренсе, организовавшем и фактически возглавившем восстание арабских племен против турецких войск на территории Саудовской Аравии. Партизанская армия численностью всего около двух тысяч человек смогла полностью изгнать турок из Хиджаза, что послужило одной из причин, повлиявших на выход Турции из войны.

ВПРОЧЕМ, сам Лоуренс, которого в Англии встретили как национального героя, вовсе не считал себя таковым. В партизанской войне он видел себя, в лучшем случае, мозгом арабских войск, но никак не их предводителем. Лоуренс утверждал, что войны можно и нужно выигрывать с помощью ума, а не грубой силы: в то время как умственно отсталые генералы каждый день посылали на бессмысленный убой тысячи солдат, партизаны Лоуренса смогли обезвредить турецкую армию и освободить большую часть Аравийского полуострова без напрасного кровопролития. «Правительства видели перед собой не отдельных солдат, а сражающиеся массы. Мои же иррегулярные войска не были единым формированием. Это была команда индивидуальностей. Смерть каждого из наших людей была как камушек, брошенный в воду, который на краткое мгновение пробивает поверхность, оставляя после себя расходящиеся круги скорби. Мы не могли себе позволить идти на жертвы», — писал Лоуренс позднее.

Успех Лоуренса в Англии был оглушительным: Первая мировая война развенчала миф о героях — миллионы солдат, зарывшихся в окопную грязь, несколько лет травили друг друга газами и забрасывали снарядами без каких-либо видимых изменений линии фронта. Но публика жаждала кумира, и Лоуренс Аравийский стал таким кумиром в послевоенной Европе. Он оказался единственным героем в духе прежних войн, овеянных романтикой и экзотическими приключениями. Благодаря Лоуренсу война приобрела хоть какое-то моральное оправдание: бывшие турецкие колонии на Ближнем Востоке стали полунезависимым европейским протекторатом.

Популярности Лоуренса способствовали и его эксцентрические поступки. Например, во время церемонии посвящения его в рыцари в Букингемском дворце, национальный герой вдруг заявил оторопевшему Георгу Пятому: «Я стыжусь той роли, за которую получил эти ордена. От имени Англии я давал известные обещания, и они не выполнены — может быть, мне еще придется сражаться с Вашим Величеством!»

Отказался он и от должности статс-секретаря министерства колоний: «Я не смогу принять это предложение: Лоуренс Аравийский обязан им своей не вполне заслуженной известности, а для Томаса Лоуренса это сродни моральной проституции».

Кто же был этот удивительный человек? Томас Эдвард Лоуренс родился в 1888 году. Когда ему исполнилось семнадцать лет, он убежал из дома, чтобы завербоваться добровольцем в королевскую артиллерию. Несколько дней, проведенных в казарме (пока не приехал отец и не забрал его домой), навсегда отвратили будущего полковника Лоуренса от армии. «Я не похож на солдата и ненавижу солдатчину», — говорил он позднее.

Страстью всей жизни Томаса стала история, а его идеалом — рыцарский орден тамплиеров. Рыцари Храма давали обет безбрачия и бедности, полностью посвятив себя борьбе за Гроб Господень и охране караванов паломников. Обеты молчания и послушания, дважды в день миска жидкой каши, один плащ на двоих ночью — вот образ жизни первых тамплиеров. Этот идеал — рыцарь-аскет, сражающийся во имя Господа — Лоуренс пронес через всю жизнь.

T E LAWRENCE AND THE ARAB REVOLT 1916 – 1918 (Q 60001) Near Medina – Fakhri Pasha shaking hands with Emir Abdulla bin Husain al-Hashimi after his surrender to the Arabs at Bir Derwish. Copyright: © IWM. Original Source: http://www.iwm.org.uk/collections/item/object/205063107

Поступив в Оксфордский университет, Томас не оставил своей страсти: темой его диссертации было «Влияние крестовых походов на военную архитектуру Европы».

Эксцентричность его натуры стала проявляться уже в те годы. Он не завтракал и не ужинал, зимой плавал в проруби, а летом ездил на велосипеде по горам. Днем Томас отсыпался, а ночи посвящал чтению, иногда проглатывая по три-четыре книги. При этом странный студент демонстративно презирал спорт, который в английских университетах XIX века был культом для студенчества, зато постоянно упражнялся в стрельбе из револьвера.

С 1908 года Лоуренс принял участие в нескольких экспедициях на Ближний Восток, побывал в Сирии, раскапывал древний город хеттов на Ефрате, путешествовал по Синаю, посетил Акабу. Это была как бы рекогносцировка предстоящего театра боевых действий, хотя будущий полковник этого знать, конечно, не мог. Впрочем, все подобные поездки в то время носили еще и разведывательный характер. Великобритания серьезно рассматривала вопрос о расширении своих колоний, и Лоуренс собирал информацию для Интеллидженс сервис. В дальнейшем репутация толкового разведчика и наработанные деловые связи сыграли свою роль.

В 1914 году, когда началась мировая война, Лоуренс хотел уйти на фронт добровольцем, но был забракован по состоянию здоровья. Это решение комиссии оказалось благом для всей Британии: будущий блестящий партизанский стратег, вероятно, был бы просто уничтожен в мясорубке позиционной войны.

Однако молодой археолог привык добиваться своего. Осенью того же года он начинает службу в географическом отделе генерального штаба, а в декабре получает назначение в английскую разведывательную службу в Каире. Круг его задач был следующим: опрос пленных, организация резидентуры и контрразведывательная работа в Египте.

В это время турецкая армия в Египте и Судане обладала полным моральным превосходством над английскими войсками. В 1915 году экспедиционная армия генерала Никсона предприняла попытку наступления вверх по течению Тигра и Ефрата с целью захвата Багдада и установления связи с русским Кавказским фронтом. Однако наступление оказалось неудачным: передовая колонна генерала Таунседа, продвинувшаяся до Ктесифона, была отброшена турками и окружена около Кут-эль-Амара. Попытки прорыва блокады ни к чему не привели, и в апреле 1916 года более десяти тысяч английских солдат и офицеров капитулировали. В связи с этими событиями весной 1916 года Лоуренс участвовал в английском посольстве к Халил-паше, командующему турецкой армией.

Через некоторое время началось антитурецкое восстание арабских племен в Хиджазе, области на западе Аравийского полуострова. На территории Хиджаза находились главные святыни мусульман, поэтому это событие привлекло к себе внимание английских военных властей. Посланный в Хиджаз для знакомства с обстановкой, Лоуренс понял, что нашел свое место на этой войне. Быстро выделившись среди множества английских и французских советников, пытавшихся сформировать из разрозненных арабских отрядов подобие регулярной армии, Лоуренс сблизился с Фейсалом, будущим королем Ирака, и убедил его перенести центр партизанской войны из Хиджаза в Иорданию, а затем и в Сирию. В 1918 году под руководством Лоуренса арабские партизаны вошли в Дамаск, намного опередив регулярные английские части.

«Малая война» в Аравии в общем-то не была исключением для того времени, нечто подобное имело место в Африке, в Месопотамии и вообще на азиатском театре военных действий. Однако была и своя особенность. «Англия вела организацию восстания племен против Турции, эксплуатируя национальное арабское движение. Используя эти силы, англичане взяли на себя не только снабжение их оружием, боеприпасами и т. д., но и переброску туда своих офицеров, формирование артиллерийских и пулеметных команд из солдат регулярной армии, подкрепление речным и морским флотом, централизуя все руководство этим фронтом в армейском штабе», — писал М. Дробов в своей классической книге «Малая война. Партизанство и диверсии».

Мировая война, вопреки существовавшей в начале XX века теории партизанства, вынесла эту «малую войну» на другие, «мирные» театры, настолько расширив понятия фронта и тыла, что они охватили страны, формально в войне не участвующие.

Лоуренс, возглавляя партизанскую борьбу арабов, сумел вести ее, сочетая высокую боевую активность с малыми потерями. Это удавалось в первую очередь благодаря хорошо отработанной системе сбора информации о противнике. Кроме того, он применил золотое правило партизанской войны, сформулированное еще Денисом Давыдовым: не атаковать главные силы врага, а обессилить их мелкими налетами и отрезать от источников снабжения, уничтожая материальную базу (подрыв мостов и железных дорог, поджоги складов и т.д.). Именно поэтому малочисленные арабские соединения не только смогли без особых потерь вести длительную борьбу в тылу турецких войск, но и в конечном итоге изгнали их из Хиджаза.

Конечно, судьба Первой мировой войны решалась на Западном фронте, а успехи стран Антанты на африканском и азиатском театрах военных действий оказали скорее психологическое влияние. Но Лоуренс все же стал национальным героем Великобритании — в Аравии шла война личностей, а не масс, там ценился боевой навык и творческая инициатива.

Война в аравийской и сирийской пустынях имела очень экзотический вид: против регулярных турецких и немецких войск сражались толпы вооруженных пиками и ятаганами арабских кочевников, которых поддерживали своим огнем английские аэропланы и бронеавтомобили; повстанцы атаковали врага холодным оружием, а наступления его отбивали с помощью минометов и ручных пулеметов «льюис». И не случайно эта экзотика так привлекала внимание публики — романтика Востока хотя бы немного отвлекала внимание от ужасов окопной бойни и газовых атак.

Вернувшись после войны в Англию, Лоуренс Аравийский — так его теперь звали все — написал книгу о своих военных приключениях, назвав ее «Семь столпов мудрости». В ней он проявился как оригинальный писатель — с недурным слогом, наблюдательностью и иронией. Лоуренс описал события в Аравии такими, какими он их видел, ничего не скрашивая и называя все вещи своими именами. Например, о своих бывших союзниках-арабах, которые, кстати, искренне верили в его дружеские чувства, он отозвался так: «Я смертельно устал от этих арабов, ничтожных, типичных семитов. В безграничной способности проявлять добро и зло они достигли предельных результатов, поднимаясь на высоту и падая вниз в размахе, недостижимом для нас, и все же в течение двух лет я с пользой для себя притворялся их товарищем».

Публикация книги увеличила популярность Лоуренса, но не принесла денег: тираж в пятьсот экземпляров вышел за счет автора, на дорогой бумаге, с авторскими иллюстрациями. Когда в 1960-х годах по книге «Семь столпов мудрости» в Голливуде был снят художественный фильм, то кинематографический образ Лоуренса существенно отличался от реального прототипа. Например, трогательный эпизод, где Лоуренс, оставив караван, в одиночку возвращается в пустыню, чтобы спасти отставшего араба, в книге описан совсем в иных тонах: «Настроение мое было далеко не героическим, так как меня взбесила нерешительность остальных людей и необходимость изображать из себя бедуина… Казалось нелепым, что я должен подвергать опасности свое участие в арабском восстании ради одного нестоящего человека». Тем не менее Лоуренс сумел найти среди песков уже ослабевшего от жажды и почти ослепшего от солнца бойца и вывести его к каравану.

Лоуренс, который рассказывал журналистам, что согласился на звание полковника только для того, чтобы вернуться домой в купе первого класса, на войне был настоящим партизанским командиром — холодным, расчетливым и жестоким. Такие люди редко вновь находят свое место в мирной жизни, поэтому в августе 1922 года полковник Лоуренс под фамилией Росс поступает в королевские ВВС… рядовым. Вскоре его инкогнито было раскрыто, но с 1926 по 1929 год ему все же удалось неузнанным прослужить в английских частях в Индии. Когда о его пребывании под чужой фамилией узнала пресса, начался международный скандал — так была велика его известность как разведчика.

Вернувшись в Англию, Лоуренс занимался усовершенствованием торпедных катеров и… создавал прозаический перевод «Одиссеи» Гомера. Это не очень удивляет, если учесть, что все свои партизанские планы в пустыне Лоуренс обдумывал на латыни — ведь единственными военными авторитетами для него были Ксенофонт и Юлий Цезарь…

Удивительная, многогранная жизнь этого человека просто не могла не закончиться странно: в 1935 году полковник Лоуренс погиб в нелепой автомобильной катастрофе, не сумев удержать на повороте свой мощный мотоцикл.

Журнал “Братишка”  (2004 год).

ТАКОЖ ПЕРЕГЛЯНЬТЕ

Первая англо-афганская война (1838-1842)

Достаточно интересная и подробная хронология Первой англо-афганской войны XIX ст. Подробно но вкратце о 4-х ...

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *

Facebook Auto Publish Powered By : XYZScripts.com